Отец

Начитался рассказов о Бунине Александра Бабореко буду прозу писать.

Отец

часть 1

Вчера (1 июня ,пятница 2007г.) был у отца (Алексея Михайловича Мишина). Зашел в дом. В своем кабинете за столом из красного дерева сидит старик, борода как у Толстого, курит, пепельница — неразорвавшаяся мина из Брянских лесов — переполнена окурками (ее привез еще полвека назад мамин брат — дядя Володя: они с братом Александром Кирилловичем Флоренским ездили тогда за «ушками» (патронами) под Юхнов).

Отец очень любит рассказывать , но ленивый страшно, клещами из него надо стихотворения вытаскивать, а ведь он — очень талантлив,старая школа. Вот говорит — у меня были очень хорошие учителя, например брат, дядя Ваня, когда в 8 лет пошел в школу,мне было 4 года (отец родился 18 июня 1939 года) и я как раз в это время, когда родители папа_мама_дядя_миша

(Михаил Михайлович Мишин и Лидия Михайловна Мишина (в девичестве Хомякова —  род Хомяковых по преданию семейному идет от воеводы Хомяка, жившего при Иване Ш,(славянофил Хомяков где-то из боковой ветви), дочь коммерции советника,  потомственного почетного гражданина города Санкт-Петербурга — Хомякова Михаила Михайловича )) заставляли Ванюшку делать уроки,папу сажали рядом и он поневоле тоже учился читать и писать и, видимо годам к пяти,в конце концов, научился.

И еще Ваня любил отца подначивать,например скажет: «покоен прочен и легок..», а потом говорит — Сергей торопился, но тихо шагал.. — начало и где-то из конца «Русских женщин» (Н.А.Некрасова). А отец думает: «Ба, да Ванька знает наизусть «Русских женщин», давай и я выучу — и учил.». Помнится, когда отцу было 44 года, после клинической смерти он жаловался врачу, что не могу вспомнить «Евгения Онегина», а он его, естественно, в свое время знал наизусть,на что врач сказал, что я тоже не знаю «Онегина» наизусть и от этого еще никто не умирал. Потом вспомнил Авенариуса- прекрасный детский писатель, спросил у меня про него, но я его, к своему стыду, не читал, да и не было его у нас никогда  в нашей библиотеке.

Говорил о Гоголе — редкая птица долетит до середины Днепра.- цитировал его стихотворения в прозе, непревзойдённые до сих пор, Некрасова, что наступят времена, когда Белинского и Гоголя с базара понесут. Гоголь — самый сильный наш писатель, русский писатель -«Чуден Днепр при тихой погоде«, — имелось ввиду — Чуден Днепр при тихой погоде, когда вольно и плавно мчит сквозь леса и горы полные воды свои. — из «Вечеров на хуторе близ Диканьки».


Начал говорить, что к старости возрастает ценность любви и человеческих отношений, любви к матери (жене — Кире Кирилловне Мишиной (урожд. Флоренской), внучке отца Павла Флоренского — философа-богослова). Вот, говорит, сейчас никто так не любит, каждую черту люблю моей любимой Кирушки.

стихи отца маме

Не сердись за меня за тревогу!
По другому любить не могу!
Берегу я в Тебе недотрогу,
Недотрогу в себе берегу.

Пусть ветрами залетными свищет
про далекое степь по ночам —
Ни покоя, ни ласки не ищет
Голова у чужого плеча.

Как витые церковные свечи
Сохраняют былого черты,
Так мечту о чистилище встречи
Украшают простые цветы…

Не кривою предстанет дорога
По которой к Тебе прибегу!
Сберегу я в себе недотрогу,
Недотрогой Тебя сберегу!

29 июня 1974

Ты заметил, что мы никогда не ссоримся. И вправду я завидую отцу , насколько у него преданная и любящая жена (моя мама).

Потом зашел разговор о поколении, о, развращающем молодежь, телевидении, о том, что читать перестали.

О Познере сказал, что он не русский, чужой, понахватался учености, но он — американец — жлоб, нет в нем русской общинности, всем миром когда, хотя доля положительного в нем была,он отдавал должное его начитанности, но говорил, что его передачи разрушительны и он скорее разделяет народ, чем объединяет.

О Бунине сказал, что у больших писателей- запредельное самомнение, всегда они нос задирают. Правда и у отца , самомнение, надо сказать,на высоте, но он никогда в жизни никого не обижал и,если и было такое, то потом горько раскаивался.

Про Николая Второго говорил,что Он был скотина порядочная, да мало у нас было достойных императоров. Только Александра Второго-освободителя можно выделить- много добра сделал, вот его-то и можно было бы причислить к лику святых,но никак не отреченца Николая. Еще отцу по душе царь Алексей Михайлович (тишайший), даром, что его тезка.Почти матерно ругает Петра Первого за подчинение духовной власти светской, тогда-то и начался уход от корней и навязывание европеизации.

Любил говорить как Алексей Михайлович (царь) вел Россию по своему истинному, православному пути, а Петр все испортил, здесь я часто с ним спорил. Потом сказал, что мы должны быть благодарны Лаврентию Павловичу Берия за водородную бомбу и что мы ее придумали первыми из-за того, что требовались фундаментальные научные исследования, а у нас, в Союзе, они были неизмеримо глубже, чем в Штатах (кстати, в сегодняшнее «свободное» время почему-то не публикуют обращение к Советскому народу, написанное Берией в случае удачи переворота).

одно из любимых стихотворений отца:

Осенний лес, а в нем дорожка
Осин испуганная дрожь
Я жду и грустно мне немножко —
Придешь ли Ты, иль не придешь…

14 мая 1969 г маме

Ты знаешь, я как юноша

влюблен!

Повсюду вижу взгляд любимых

глаз

Потерян мой покой, потерян сон

С подругой без претензий и

прикрас!

Ловлю улыбку, каждый поцелуй!

Блаженство сердца в близости ее!

Не от весенних мимолётных струй

Ко мне приходит счастья забытьё!

В банальности меня не уличишь

И разве есть тягчайшая вина,

Что строчки сами складываются

в стиш

К Тебе — подруга, Счастье

и Жена!


16 февраля 1969 года — венчание папы с мамой в церкви в Брюсовском переулке.

19 июня 1974 г маме

Мне все чужое здеcь:

и воздух,

И даль на голубой реке,

И жаркий день, и вечер звёздный,

Чужие дети на песке…

Меня пугает запах гари

Средь пыли выжженых степей…

Но я всему здесь благодарен,

За свежий пыл любви моей!

За то, что круг порвав постылый,

Ценою горечи разлук,

Своей души проверил силу,

В Тебя поверил, Милый Друг!

И пусть тревожат сердце дали,

Пусть безудержен Леты бег,

Я — Радость, не юдоль печали

Несу уверенно Тебе…

***

Всю ночь без сна плывет луна

А ночь дурна, а ночь пьяна…

Как будто в бочке от вина

Моя судьба ясней видна…

Совсем один в чужом краю

Я пью вино за жизнь Твою!

Уснули люди — не души,

Цикад напев в ночной тиши

Волной качая камыши,

Куда-то ветерок спешит.

Я песню светлую пою

Про верность и любовь Твою!

И вовсе не моя вина,

Что я хмелею без вина,

Что даль смешна, что даль темна,

Что одиночество без сна…

Что чашу грусти долго пью

В чужом запутанном краю…

***

Где перелески кончились в бурьяне

Захарьинским осенним перепутьем,

Ромашковым забытым утром

ранним

Моей любви встаёт многоминутье…

Застенчивою звонкой чистотою

Сиреневою плёткой иван-чая,

Девичьей неисполненной мечтою

Твой образ укоризной отвечает…

Как не моли — былое не вернется

Былое не случается щадящим,…

Лишь верится — при встрече обернётся

Ещё прекрасней

мигом настоящим!

Но грустно, что любовью первой

пьяным,

Не понимая, что светло, что плохо,

Нам не валяться больше на бурьяне,

Скрываясь за кустом чертополоха…

(красиво…)


Дядя Ваня

Помню, как дядя Ваня, который был очень умным,глубоким человеком (он был инвалидом детства — полиомиелит — левая нога болела и была немного короче правой) ,говорил, что в Советском Союзе раздваивали сознание: заставляли думать одно, говорить другое, а делать — третье. Он занимался ремонтом машин, когда уже ни один автосервис за нее не брался. Они разбирали дорогие машины до последнего болта, собирали и давали гарантию, иногда приходилось иметь дело и с роллс-ройсами. Он мог по шуму двигателя установить поломку, мудрый был человек и добрый страшно — ему в 3 часа ночи мог позвонить его знакомый по работе и сказать, что он застрял на МКАДе — и он срывался и ехал (жил он на 13-й парковой)

на кольцевую помогать чинить его машину, ему так люди были благодарны. Жил он тихо с женой тетей Ритой, помню приезжал навещать меня в 1998 году в больницу, я , если честно, тогда думал, что он умер, а он жив, приехал на «Оке», как я его был рад видеть, как жаль, что так мало удалось с ним пообщаться.

Стихотворение Дяди Вани, написанное в 1954 году, Списано со слов отца Алексея Михайловича 23 апреля 2007 года

Он рассказывал сказку
Про маленьких гномов и фей,
Про страшную маску,
Носившую серую каску
Среди оголтелых степей.

Про посвисты пули
Про ржание горячих коней,
О диком разгуле
В далеком забытом ауле отчизны твоей.

Про грохот прибоя
Среди полированных скал,
Про жадность разбоя
И ярость пиратского боя
Тебе рассказал.

Ты слушала жадно,
Косу теребила рукой,
Все было понятно
И сказка гнала безвозвратно
Привычный покой.

Суровые тени
Вставали тяжелой судьбой,
Чтоб после молений
Под звуки воинственных пений
Скакать боевою тропой.

Ты верила слепо,
Ты просто молилась ему,
Ты думала небо и море
Подвластны ему одному…

А он прожил жизнь по подсказке
И пуст и убог
И ничего, кроме кем-то придуманной
сказки
Не знал и не мог…
1954-56 год.

Отец

часть 2

семья_2007

Пасха 2007 года А.М.Мишин (Воистину Воскрес записано 18/06/2007.)

Верша поста последнюю денницу
Под благостный и траурный напев
Священники уносят плащаницу,
Чтоб упокоить на год в алтаре…

И в тишине покинутого храма
Под полумрак и тихий треск свечей
Торжественно прошелестела гамма,
И стал слышнее запах куличей…

Все ближе, ближе дивное мгновенье,
Сплетаются минуты в хоровод
Волнение рождает вдохновенье!
Христос!.. Огнями вспыхнул крестный ход.

И божий храм собою окружа
Витийствуя в полночном поднебесьи
Восторженно взрывается душа
Заветным возгласом:»Христос Воскресе!»

…А после утрени светлеющее небо
Откроет обновленную окрест
Весеннюю чарующую небыль..
И радуюсь:»Воистину Воскрес!»

семья_2009

Но я все-таки хотел об отце. Так вот — сидит он в задумчивости, играет в Героев, но по мне , так это лучше, чем он иногда пьяный возвращался с работы. Уж лучше пусть не работает, дома сидит, — на радость внукам, что у них есть дед, да и бабушка тоже. Говорит, что отец Павел (Флоренский) святее всех «новорусских» святых вместе взятых. Огульное причисление всего церковного аппарата, погибшего во времена атеистической власти, не корректно по отношению к понятию святости.Слава Богу, что отец  Павел выпал из этого списка!


как атеистический так  и церковный уклон отец тоже считает по своему вредными — уж больно они нравоучительны,а нравоучения никто не любит, однако предпочтение церковному налицо. не романами надо воспитывать,а историей, читайте Ключевского, читайте Соловьева, читайте Тихомирова, если хотите словесности — читайте Карамзина.

А мне(Коле) в детстве (в14 лет) очень нравились поучения Аввы Дорофея, я их читал в бытность мою в Валаамском монастыре в 1989 году.

Сложно отца записывать, он говорит как-то и не запишешь, разве что писать прямо за ним. У него есть какие-то неуловимые моральные мотивы, прямо как бабушка Тянечка (Анна Васильевна Гиацинтова), только очень добрый.

Рассказал (отцу) , что читал «Слово о полку Игореве» и очень проникся, сказал, что есть в жизни человека время литературного взросления, когда он начинает понимать, что ему читать полезно, а что — вредно, что его может развить. Отец сокрушается, что в свое время прочел 56 томов Бальзака — «столько времени на него убил», ведь я не собирался быть специалистом по нему, хотя вспоминаю, как учась в школе отец рассказывал про Бальзака и, именно благодаря этим рассказам, я полюбил его, зачитывался «Утраченными иллюзиями» и «Ростиньяком».

Красиво рассказывал о Папаше Гарио, считал его одним из лучших вещей Бальзака и тут же сказал, что Виктор Гюго( Труженики моря, помните как моряк утонул при прибое из-за несчастной любви?) на две головы выше его. Это другой уровень.

А про Горького сказал , что он был достаточно серым человеком,мало читал,хотя Бог и не обделил его талантом слова, но произведения были достаточно серыми, ну, например, по сравнению с Буниным и он тут же сказал, что и отдельные стихи Бунина сильнее, чем у Есенина, что я не ожидал, он нам любил читать когда-то — «и желал Господь искать людей в любови, заходил он к нищим на кулишку…» (Есенина, меня до глубины души пронзало это стихотворение в отцовском исполнении).

Сказал, что опошлилась наша,русская литература — все читают Набокова, а Бунина толком не знают. На знамя ставят то, что лучше идет,продается. Здесь я жалею, что у меня плохой почерк,ведь кроме меня мало кто сможет разобраться в моих записях, поэтому это в любом случае придется все делать самому.

И ,вообще, у отца часто противоположные мнения об одних и тех же людях. То говорит, что у Бунина больное самомнение, то восхищается им — ставит выше Есенина.




Отец, если ему дать волю, может говорить хоть всю ночь, пока не отключится и очень живо, интересно, правда большинство с ним общаются не родные его дети (а нас 8 человек — 4 мальчика и4 девочки), а его знакомые. И нам казалось, что он ценит их почему-то выше, помогает им больше. Хотя это было совсем не так. Когда я писал диплом, то он помогал моему другу Севе,а не мне,потому что считал, что мы, Мишины, — сами с усами и, что я сам должен писать диплом и, что помогать мне стыдно, хотя это оказалось зря, потому что после диплома я попал на 3 месяца в психиатрическую больницу из-за потери сна (и общего переутомления). И потом он раскаивался, что не помогал мне и считал себя виновным в моей болезни. Правда себя он считает виновным и в смерти бабушки (Зинаиды Сергеевны Флоренской — умерла в 1989 году) , что тогда он не взломал дверь, когда они приехали тогда в Беляево и ей пришлось ползти к звонку и , видимо, у нее ушло на это много сил и она после приезда скорой помощи уехала в больницу, а там умерла…

Отец вообще любит строить из себя мученика. Брать вину на себя в ситуации, когда в общем-то от него ничего не зависело и так распорядилась судьба.

Говорил, что когда были в селе под Михайловым, то зашел напиться к женщине -,т.к. считал, что прикладываться к общему ведру из колодца не гигиенично. И, входя в сени, увидел оловянный ковшик — сразу же представил сколько же ему лет — видимо где-то середина 19 века. Захожу в дом, крещусь на икону — и она сразу же прониклась доверием к отцу и пустила в горницу — там он тоже перекрестился на угол с почерневшими от лампад иконами и сел — в углу стоял книжный шкаф, на котором лежали тоненькие книги 3-х 5-ти копеечные издательства Сытина — Григорович, Некрасов, Авенариус — ведь это же целая школа воспитания, это же знаешь каких денег стоит, вот она — крестьянская интеллигенция и по мнению отца она выше, чем интеллигенция дворян или людей московских , с высшим образованием, они «чище».

(под диктовку отца) В комнатке стоял стол у бокового окна. За столом сидел мальчик, готовил уроки. На столе лежала газета фотографиями вниз. Справа была этажерка из 6ти полок, на верхней полке были расхожие аттрибуты, ниже стояли книжки — желтые от времени и тонкие, на корешке я заметил оттиск «Товарищество Сытина». Я попросил разрешения у хозяйки посмотреть. Господи, это было собрание первых Сытинских книжек — то лубок, то сказка, то статья и я удивился, как в крестьянской семье смогло сохранится столь удивительное наследие. Вот вам крестьянская аристократия!

Иконы соответствовали письму Рублёвской школы , рушник, накинутый сверху был расшит вологодскими кружевами, лампада -простая, но кованая из латуни, патина на стенах и потолке…и абсолютная чистота.

Вот она культура.

Надеюсь ещё много рассказов от него услышать и записать!

3 июня 2008 года Ясенево. Николай Алексеевич Мишин.

Реклама

Один ответ to “Отец”

  1. Миша Says:

    мне очень понравилось, вчитался… Коля, продолжай обязательно

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s


%d такие блоггеры, как: